Книжный магазин
СибРО
8-913-984-47-04
8-903-930-35-95

"Много Бог детей даёт, да лишних не посылает". "Не евши легше, а поевши крепше"

"Много Бог детей даёт, да лишних не посылает". "Не евши легше, а поевши крепше"
(0)
80 руб.
Автор(ы)
Кучуганова Р.П.
Издательство
ИЦ РОССАЗИЯ (Новосибирск)
Год
2009
Переплет
мягкий
Страниц
32+32
Формат
60х84/16 (145х200 мм)
Вес книги/изделия (в граммах): 0

«Много Бог детей даёт, да лишних не посылает»
Колыбельные
Приговоры, рассказульки
Заговоры для успокоения ребёнка
Приметы
«Не евши легше, а поевши крепше»
«У каждой стряпушки свои повирушки»
«Каков разум, таковы и речи»

Цена 80 руб. за 1 шт

Количество
- + шт Нет в наличии

Остаток: 0

Полное описание
Книги Раисы Павловны Кучугановой в настоящий момент можно приобрести только непосредственно в Музее истории и культуры Уймонской долины (Республика Алтай, Усть-Коксинский район, село Верх-Уймон, ул. Набережная, 14).
Посмотреть телефоны музея на сайте культурного комплекса "Наследие Алтая"


"Много Бог детей даёт, да лишних не посылает"

Содержание
«Много Бог детей даёт, да лишних не посылает»
Колыбельные
Приговоры, рассказульки
Заговоры для успокоения ребёнка
Приметы


Чадородие является благословением Божьим и счастьем для родителей. Сколько бы ни было в семье детей, как бы тяжело ни жилось, а родные, близкие, соседи радовались появлению младенца.

Дом с детьми базар, а без детей могила.

Не красен день без солнышка, не мила жизнь без малых детушек.

Беременность определялась как особое состояние женщины и была связана со множеством запретов. Беременным нельзя много лежать, нужно как можно больше двигаться, работать. Особенно полезным считалось мытьё пола.

Нельзя перешагивать через палку, верёвку, оглобли или коромысло.

Нельзя пинать, гладить собак, кошек, свиней, иначе у дитя появится «щетинка» (кочерга), у него будет чесаться спинка, он будет беспокоиться, плакать.

Нельзя готовить заранее малышу одежду: долго жить не будет.

Нельзя беременным злиться и ругаться, а тем более проклинать ребёнка, он вырастет «проклянённым», злым и никогда не будет счастливым.

Бывалые люди почти всегда безошибочно определяли пол ребёнка. Если у последнего младенца на шее волосы без косички, то родится мальчик. В хорошей семье радовались и девочкам и мальчикам, но земельные наделы давали только мужчинам; сын останется в семье, будет работать сам, будут работать его жена и дети. Появление сына вызывало не только радость, но и надежду. Сын считался для родителей надёжной опорой в старости.

"Не евши легше, а поевши крепше"


Содержание



«Не евши легше, а поевши крепше»
«У каждой стряпушки свои повирушки»
«Каков разум, таковы и речи»


«Кроме праздников и воскресений, жизнь людей в деревне связана с тяжёлым физическим трудом: работа на пашне, на покосе, в лесу, постоянные хлопоты со скотиной, птицей. Люди примечали: как человек ест, так и работает.

На свадьбе свекровь надевала на невестку, теперь уже молодуху, платок и запон. С этого времени она — жена, хозяйка, стряпка, а стряпка — возле печи, в кути, не могла быть без платка и запона. В старину говорили: стряпка-то на веретене крутится. Как будешь кормить семью, такая и работа в доме будет. Всё то, что производилось в хозяйстве, то и ставилось на стол.

Что припасёшь, то и на стол принесёшь.

Стол стоял в переднем углу, под образами. Его тщательно мыли, шоркали песком, отчего он становился янтарно-жёлтым. По нему нельзя стучать, нельзя громко разговаривать за столом, петь песни, если на столе стоит хлеб и соль. «Убери сначала хлеб-соль, а потом пой», — наказывали старики молодёжи.

В каждой избе стояла русская печь. Она кормила, поила, грела и лечила всю семью. Её обычно ставили в углу, справа от входа, на небольшом расстоянии от стены, рядом с дверью. Цело — отверстие, через которое помещали дрова в печь, — направляли к окнам, чтобы хозяйкам было светлее управляться.

Обычно печи били «помочами», а мастер руководил работой. По поверью, печь надо было сбить за один день. Глину перемешивали с песком, солью, для прочности добавляли конский навоз и бычью кровь. Перед началом работы мастерили из плах опечек — нижнюю часть печи, насыпали туда гальку или битое стекло, чтобы лучше держался жар, и снова набивали глину. Били так крепко, что из глины отходила влага. Печку сушили две-три недели, ежедневно её протапливая. Верой и правдой служила печь десятки лет.

Хозяйство было большое, да и семьи не маленькие, поэтому в каждом доме имелось много посуды: долблёной, бондарной, плетёной. Это вёдра, корчаги, квашонки, деревянные сбоички, железные кувшины, лукошки, плетёные короба, корзины для сбора ягод и грибов. Рядом с печкой стояли ухваты, кочерга, чапельник. На полках и в шкапчиках хранилась посуда из глины, дерева, бересты, меди, а в богатых, зажиточных семьях можно было найти и красивую китайскую фарфоровую посуду.

Много было глиняной посуды: горшки, корчаги, кринки, кувшины, чашки. Кончались полевые работы, и мастера шли за глиной. Принесут домой, разложат на палатке и топчут её до тех пор, пока она не начинала щёлкать. После из глины лепили каралички, углаживали и плотно соединяли их между собой.
В печку укладывали берёзовые поленья, они жарче горят, и ставили туда же горшки. Как только дрова садились на жар (разваливались), горшки вытаскивали из печи и совали их в обвар, пахту.

Умели делать посуду из дерева: бадьи, кадочки, лагуны, корытца, сельницы для муки, ложки, солонки, чашки. Квашонки делали из кедра или пихты, считали, что тогда хлеб будет запашистей.

  • Вконтакте