Грани Агни Йоги. 1951 г.

В книгу вошли ранее не публиковавшиеся Записи Бориса Николаевича Абрамова 1951 года. Б.Н. Абрамов (1897-1972)  был ближайшим учеником Николая Константиновича Рериха. Источник Записей и книг Учения Живой Этики – Един. Это подтверждала Елена Ивановна Рерих.

"Записи незаменимы как спутники книг Живой Этики. Они делают книги ближе к нам. Тот же неиссякаемый поток мысли Учителя струится через них и, воспринятый ближайшим к нам иерархическим звеном, становится доступнее для нас. В помощь идущим за Основоположниками последователям по сложным, извилистым тропинкам земной жизни, самоотверженным труженикам Общего Блага, даются эти труды. И по мере продвижения по пути духа они будут всё более и более оценены".  Н.Д. Спирина

162. "Одеяние духа. Об одежде заботимся, и много энергии отдаётся на то, чтобы одеться и приукрасить себя. Но ведь временны эти одежды. И сколько их сменим. Но несменно одеяние духа. Не лучше ли озаботиться о том, во что облекаемся навсегда. Оболочки облекающие тоже требуют заботы, ибо ближе и нужнее. Негодную одежду можно сбросить. Но как сбросить запятнанное, загрязнённое, безобразное одеяние духа? Оно может сиять красотою и быть жемчужиной мира, но может быть обезображено до ужаса и явиться позором для его носителя. Нет ничего тайного. Невидимое для глаза не значит скрытое. И как скрыть позор свой в пространстве, где открыто всё? Так Свет поругаем не бывает, и посеявший жнёт. Потому забота об одеянии сущности своей, об одеянии духа, важнее всех дел земных, даже наиважнейших, ибо дела земные Землёю и кончатся. Но несменное одеяние духа останется на носителе его до полного изживания. Физическое тело святого так же отличается от тела обывателя, как Свет от тьмы. И руки, и ноги, и ткани как будто бы те же, но одно испускает зловоние по силе пороков своих, а другое – аромат. Нечистая и чистая пища – условие первое. Нечистые и чистые эмоции (чувства) – второе, нечистые и чистые мысли – третье. Нарушение каждого из них порождает яд в каждой из оболочек и оставляет пятна язв в соответствующих проводниках. Можно и следует подумать, какое одеяние готовим себе. А ведь оно прилипнет к нам, как ткань одежды Геракла, и будет нестерпимо жечь каждое его прикосновение, и нельзя будет оторвать его от сущности нашей. Помысленное, а главное, прочувствованное, вносит новые элементы в ткани наших невидимых одеяний, равно как и тела, украшая и утончая, разрушая и обезображивая: каждая мысль, каждое чувство, каждый кусок. Внутреннее убожество или безобразие можно скрыть здесь, но как скрыть его там, где всё открыто? Так можно сознательно очищать все свои оболочки и приготовлять себе приличествующее достоинству человека одеяние духа. Оспенные одежды сжигают на огне, но одежды, заражённые язвами духа, носить не стыдятся, хотя и гнутся и корчатся под их тяжестью. Но это здесь. А там? Надо почуять весь ужас безысходности, когда дух после смерти видит себя облечённым в им самим созданные оболочки, запятнанные и страшные в формах своих, ибо иные обезображиваются до ужасных степеней. Но задача одеяния духа может легко стать укладом каждого дня, каждого часа, ибо по рвению своему получаем цвет духовной одежды. Сказано: «В белых одеждах придите ко Мне». Но не заготовить этих одежд в одночасье. И накопления векового сора требуют времени для расчистки. Но нет более благородной и высокой задачи, нежели эта забота очищения. Очищается не только сам человек, но и все окружающее пространство, так как человек наделен мощными энергиями. Так задача самоочищения из личной становится пространственной и общеполезной. Во имя Общего Блага зажигается подвиг очищения сознания. Но теперь, во время великого переустройства мира, это явление будет решающим в судьбе каждого человека, ибо великое разделение Света от тьмы будет обусловлено светом духовной одежды, носимой каждым человеком как явное свидетельство и знак его сущности".